Эмблема
Футер

Начало строительства в 1045 г. сыном Ярослава — Владимиром собора Софии в Новгороде — втором по значению городе Древнерусского государства — следует рассматривать как продолжение политики укрепления государственности и упрочения авторитета великого князя.

Каменный храм ставится в детинце, на месте сгоревшей дубовой Софии (989 г.) как княжеский и одновременно общегородской собор. Он закладывался, по-видимому, при участии княжеских зодчих из Киева. План Софии Новгородской во многом схож с планом Софии Киевской. Это тоже пятинефный крестово-купольный храм с широкими хорами и галереей (рис. 1), но эта схема, как бы подчиняясь принципам иерархии, упрощена. Собор имеет одну галерею и одну башню-лестницу, ведущую на хоры, вместо пяти апсид здесь три, ветви «креста» заканчиваются двухпролетной аркадой, а не трехпролетной, как в Киеве, и, наконец, София Новгородская увенчана всего пятью главами, а не тринадцатью. Последнее особенно показательно, ибо деревянная предшественница, согласно летописи, имела тринадцать «верхов».

Изображение

Рис.1. Софийский собор (1045—1052 гг.) в Новгороде
а — южный фасад; б — поперечный разрез; в — план первого яруса (схема)

Основной объем Софии Новгородской воспринимается как единое целое, а не механическое объединение отдельных соподчиненных пространственных ячеек, как в Софии Киевской (рис. 2). Впечатлению единой массы способствует и компактное расположение глав. Большие плоскости стен, расчлененные сильно выступающими лопатками, напоминающими контрфорсы, маленькие проемы без обрамления, замкнутость галерей — придают зданию особую монументальность, вызывают ощущение необычной его мощи. И это не случайно: архитектура в камне запечатлевает, как и песни, эстетические идеалы народа. Зодчество Новгорода столь же лаконично, как и язык его летописей, так же непосредственно и выразительно, как и чистые яркие краски иконописи.

Изображение

Рис.1. Софийский собор (2014 г.) в Новгороде

Образ градохранительницы Софии ассоциировался у новгородцев с самим городом: «кде святая София, ту Новгород»,— лапидарно пишет летописец. София Новгородская, несмотря на использование в качестве образца Софии Киевской, в результате воздействия местных эстетических традиций и природных условий приобрела образную индивидуальность и самобытность.

В середине XI в. Новгород представлял собой крупнейший торговый и культурный центр Древнерусского государства. Раскинувшиеся по обе стороны Волхова городские посады, густо заселенные торгово-ремесленным людом, оказывали влияние на культуру вольнолюбивого города, который уже к тому времени был менее зависим от великого князя, чем другие города.

Природа дала новгородским строителям не только дерево, но и удобный для обработки камень — известняк. За год до закладки Софии, в 1044 г., новгородцы начали возводить каменные стены и башни детинца. Скорее всего, часть мастеров, сооружавших «каменный город», приняла участие и в строительстве Софийского собора, продолжавшемся семь лет. Косвенным подтверждением этому служит своеобразие кладки стен Софии в Новгороде, в которой как бы сочетается техника чисто каменной и смешанной кладки.

Реставратор Г. М. Штендер писал, что «каменные стены представляли гигантскую цветную мозаику из фиолетово-серых, зеленых и желтых тончайших оттенков камней, оправленных в розовую основу гладко заполированного раствора, кирпичных орнаментов и цветных покрасок, создававших общий жизнерадостный настрой, свойственный народному искусству». Простые орнаментальные узоры из кирпича сосредоточены в наиболее композиционно важных местах: апсидах, барабанах и частично в лопатках. Декоративная кладка центральной апсиды, как бы сохранившая «почерк» киево-черниговских мастеров-каменщиков, дополнялась на северной и южной апсидах рисованными по обмазке красной краской «квадрами» (рис. 3).

Изображение

Рис.3. Софийский собор в Новгороде
а — детали кладки центральной апсиды; б — детали кладки северной апсиды;
в — фрагмент лопатки

Живописный характер стен усиливался кирпичными арками, в которых, как и в Киеве, чередовались ряды кирпича на ребро в плоскости стены с рядами, утопленными в кладку. Ритм кирпичных полос на фоне затертых до блеска широких швов зрительно подчеркивал напряженность арочной перемычки, выразительность ее конструктивной формы.

К особенностям строительной техники Новгорода относится устройство необычных для других древнерусских городов свода в виде четверти цилиндра и свода треугольного очертания. Если последний, очевидно, был навеян формами деревянных двускатных покрытий, то свод, представлявший в разрезе четверть окружности, был достаточно распространен в романской архитектуре. Можно предположить, что новгородцы, имевшие широкие торговые связи с Прибалтийскими странами, творчески перерабатывали строительный опыт не только Киева и Византии, но и Западной Европы.

Интерьер Софии Новгородской тоже свидетельствует о самостоятельных путях освоения мастерами композиционных основ типа крестово-купольного храма. При общности основных принципов пространственной композиции наблюдаются отличия в деталях. Пространственные ячейки в Новгороде меньше, чем в Киеве, а толщина стен и столбов больше. Это создает впечатление меньшей целостности внутреннего пространства. Высота Софии Новгородской на два метра с небольшим превосходит Киевскую (28,5 м). Интерьер Софии в Новгороде лишен тематических мозаичных изображений, они заменены фресками, что снижает общую репрезентативность внутреннего пространства этого замечательного памятника архитектуры.

Современный вид собора — полностью побеленного, с надстроенной еще в XII в. галереей, растесанными окнами — все же дает некоторое представление о его первоначальном облике. Большой урон зданию нанесли фашисты: погибла уникальная фреска Вседержителя в центральном разрушенном и затем воссозданном куполе, пострадали и другие росписи.

Изображение

Рис.4. План Софийского собора(1044-1066 гг.) в Полоцке

Между 1044 и 1066 г. возводится еще один Софийский собор в третьем важнейшем городе Древней Руси — Полоцке. Таким образом, в трех центрах формирования древнерусской культуры, сыгравших значительную роль в образовании единого государства, сооружаются соборы Софии, которые в эпоху аллегорических образов служили наглядными символами государственности и силы великого князя.

От собора Софии в Полоцке XI в. до наших дней дошли только апсиды, участки фундаментов и фрагменты внутренних столбов, а также отдельные противоречивые письменные сведения. Это был тоже пятинефный крестовокупольный храм с хорами и тремя апсидами, но без наружной галереи. Однако и полоцкие зодчие, подобно новгородским, внесли существенные изменения в каноническую структуру храма. В интерьере они выделили промежуточными столбами лишь южную и северную ветви подкупольного «креста» (рис.4), в силу чего пространство получило продольную ориентацию оси восток — запад. Ощущению вытянутости пространства, напоминающего базилику, способствуют дополнительные пространственные ячейки между апсидами и средокрестием. Некоторое представление о внешнем виде Софии Полоцкой дают фрагменты кладки апсид, выполненных в киевских традициях.

Несколько особняком от известных памятников первой половины XI в. стоит Спасо-Преображенский собор в Чернигове. Этот древнейший после Десятинной церкви каменный храм (строительство началось около 1036 г.) возводился на средства князя черниговского и тмутараканского — Мстислава — сына Владимира.

План описываемого собора проще, чем его предшественников. Это прямоугольник, расчлененный столбами на три нефа, завершенные апсидами; с запада устроен нартекс, к которому с севера примыкает лестничная башня (рис.5) Вытянутость собора с востока на запад усиливается, как и в Софии Полоцкой, дополнительными столбами между алтарем и средокрестием, а также отсутствием галерей. Использование композиционной схемы, отличной от схемы Десятинной церкви, можно объяснить соперничеством Мстислава с Ярославом, которые после вооруженной борьбы поделили древнерусские земли: Мстислав стал княжить в Чернигове, а Ярослав — в Киеве. Возможно, здесь сказались также культурные связи с Болгарией, где купольная базилика была широко распространена. Особенно типологически близка Спасо-Преображенскому собору схема базилики Софии в болгарском городе Охриде (X в.), у которой к нартексу также пристроена башня.

Из летописи известно, что при жизни Мстислава стены собора были выведены в высоту «сколько можно, стоя на коне, достать рукою». Смерть Мстислава в 1036 г. прервала строительство храма. Черниговские земли вошли в состав единой Древнерусской державы. Поэтому, очевидно, в идеологически важную программу строительства на Киевской Руси входит и окончание Спасо-Преображенского собора в Чернигове.

Изображение

Рис.5.Cnaco-Преображенский собор (около 1036 г.) в Чернигове.
а — северный фасад (реконструкция А. А. Тица);
б — продольный разрез; в — план первого яруса

Изображение

Рис.6.Cnaco-Преображенский собор в Чернигове.

В кладке верхней части собора заметен стиль киевских мастеров. Против внутренних столбов на фасадах выше ложной аркады выведены лопатки, которые, как и в Софии Киевской, имеют сложную расчлененную форму (рис. 5). Очень близки также завершения центральных барабанов с меандровым фризом и венцом полукружий. Несмотря на сходство в отдельных деталях с киевскими постройками, в целом Спасо-Преображенский собор представляет собой оригинальное произведение, не имеющее прямых аналогий

Трудно представить первоначальный облик одного из первенцев каменных храмов Руси, гордо возвышавшегося среди деревянной застройки детинца. Монументальность основного объема Спасо-Преображенского собора, его мощь подчеркивались окружавшими небольшими строениями. Увеличивала торжественную величавость храма и прижавшаяся к нему с южной стороны, подобно лестничной башне, маленькая церковь, выполнявшая функции крещальни. Она была пристроена несколько позже и как бы уравновешивала башню, придавала симметричность и ступенчатость композиции собора со стороны западного входа (рис. 5).

Спокойное пирамидальное развитие объемов в Софии Киевской уступило место более контрастной и динамичной устремленности масс вверх. Высота Спасо-Преображенского собора (30 м до замка купола) немного превышает высоту Софии в Киеве, но отношение высоты к ширине или длине храма резко отличается. Если в черниговском соборе ширина к высоте относится примерно как 3/4, то в киевском — около 2/1, т. е. в первом случае ширина меньше высоты, а во втором — почти в два раза больше.

В нижней части Спасо-Преображенского собора преобладает массивная глухая кладка, поверхность которой по мере ее подъема становится пластичнее; поверхности стен начинают дробиться и визуально как бы облегчаются, благодаря чему создавалось впечатление большой устойчивости сооружения, возникало ощущение нарастающей к низу нагрузки и напряжения воспринимающих ее стен. Сопоставление маленьких и больших ниш, своеобразный масштабный ряд, согласованный с размерами человека, как бы увеличивали высоту.

Особую роль в архитектурном образе Спасо-Преображенского собора играла кладка. Согласно общему тектоническому принципу, в цокольных участках стен посредством росписи имитировалась кладка из квадров, в средних участках ряды из камня перемежались с кирпичными, а в верхних использовался только кирпич. Отличительной чертой собора в Чернигове является обилие орнаментальных вставок из кирпича (рис. 6). Здесь и строгий меандровый фриз, и простейшие зигзаги, и кресты, и даже солярные (солнечные) знаки. Составляя органичное целое с конструкцией стены, эти декоративные детали не разрушали ее целостности и в то же время придавали нарядность наружной поверхности.

От внутренней отделки Спасо-Преображенского собора, былого великолепия его мраморных колонн, фресковых росписей, полов с мозаичной инкрустацией почти ничего не осталось. В настоящее время мы можем судить в основном о пространственной композиции интерьера. В нем господствует пространство среднего нефа, завершающееся куполом. Более простая схема этого собора не осталась одинокой, именно она получила дальнейшее развитие.

В начало